18 октября 2017, ср 6:58

бел рус eng

Белорус в Антарктиде: Мы работаем по 10-15 часов фотографии 7

17:23 12.10.2017 — Общество

Юрий Гигиняк рассказал о спартанских условиях белорусских полярников.

Более тридцати стран мира обладают 75 исследовательскими станциями в Антарктиде. Среди них скоро появится и белорусская. Первый модуль белорусской антарктической базы был завезен в 2014 году, этой осенью белорусские полярники собираются везти еще четыре, пишет сайт телеканала «Белсат».

«Это очень важно, иметь этот кусок, свою точку в Антарктиде. Хотя официально Антарктида ничейная, но считается, что территория в зоне экологического влияния базы – это территория той страны, которой принадлежит станция. Например, российская станция «Прогресс» стоит в 400 метрах от китайской станции. Конечно, у них есть стыковка, будто бы граница – это наш кусок, а это – ваш. Достроим станцию – поднимем там белорусский флаг, это будет значить – здесь мы, хотите, приходите к нам в гости», – рассказывает Юрий Гигиняк, кандидат биологических наук и постоянный участник белорусских полярных экспедиций.

Наша станция строится в восточной части Антарктиды на земле Эндерби. Называют станцию, пока неофициально, «Вечерняя гора», так как находится она у подножия склона.

«Ну какая там гора, так 300 метров, как в Дзержинске», – смеется Юрий.

Юрий Гигиняк, доцент, кандидат биологических наук. Впервые поехал в Антарктиду в 1970-м году в составе российской экспедиции. Фото из личного архива

В это время 7 белорусов собираются в 10-ю белорусскую экспедицию в Антарктику. Повезут строительный материал для нашей станции. Были разработаны специальные модули, которые должны выдерживать температуру до минус 50 градусов. Модули небольшие, так как существует проблема доставки. Надо везти их сначала в Санкт-Петербург на корабль, который почти полтора месяца идет к Антарктике, а потом на вертолетах они доставляются на место, – это требует много денег. Чтобы поставить модули, строятся специальные платформы на ножках, чтобы не заметало снегом.

Площадка белорусской станции находится в 25 км от российской станции «Молодежная», и больше никого нет там на тысячи километров вокруг.

В каких условиях живут полярники в Антарктиде

На белорусской станции наши полярники еще не жили – там пока нет жилых помещений, только командный пункт. До сих пор белорусские экспедиции занимали неподалеку оставленную россиянами старую летнюю базу в виде железных бочек на сваях. Россия разрешила там жить, пока мы не построим свою станцию. И вот уже десять белорусских экспедиций прожили там.

«Нормальные условия. Все греем электричеством на дизельных генераторах. Единственный большой минус – это санитарные условия. Туалет у нас там на улице. Поэтому женщин везти туда нежелательно. Она, конечно, выдержит физически, но если вдруг снежный буран, мороз, а туалет на улице – для женщины это трудно», – рассказывает Юрий Гигиняк.

Режим дня в Антарктиде жесткий. В 8 – завтрак, и все должны быть за столом. Через полчаса все уже работают. Потом обед. Юрий говорит, что пищу всегда стараются брать с собой хорошую и разнообразную. Сил уходит много, да и на настроение влияет, когда еда вкусное.

«Солнце светит постоянно, полярный день, и поэтому мы работаем по 10-15 часов. При этом работа по своему направлению занимает примерно 30% времени. Остальное – это или дежурство на кухне, или надо помочь сделать запасы воды, продлить какой-нибудь кабель, съездить на разведку на лед, заправить электростанцию. Но это пока что у нас так, потому что у нас не все построено. Обычно на крупных станциях есть свой электрик, повар, и если ты ученый, то на 90% занят своей наукой», – рассказывает биолог-полярник.

В Антарктиде у белорусов нет постоянной связи с родными. Чтобы воспользоваться интернетом, нужно сходить к россиянам, но это далеко, и то он там бывает по расписанию и очень медленный. Сведения типа «жив и здоров» часто попадают к семьям полярников через руководителя экспедиции.

Чем занимаются белорусы

В этом году в экспедицию не взяли биолога, хотя его работа в Антарктике – основная рядом с другими исследованиями в области физики. Помимо непосредственно своей науки, биологи должны наблюдать за чистотой и минимизацией влияния работы станции на окружающую среду. Это обязательно согласно с Конвенцией о сохранении ресурсов Антарктики.

«Но в этом году сделали акцент на том, что нужно строить станцию. От науки направили только физика и геолога. Я считаю, что это неправильно, и наука представлена в этой экспедиции недостаточно. Чтобы нас окончательно признали на международном уровне, нужно не только построить станцию, и не обязательно даже ее строить, но мы должны публиковать исследования. В этом году полноценных биологических исследований не будет», – говорит Юрий Гигиняк. Он должен был ехать в нынешнюю экспедицию в качестве биолога, но потом оказалось, что места для него нет.

Физики изучают в Антарктиде озоновый слой, приземные явления. Биологи – поведение животных и растений, их генетику, физиологию. Юрий Гигиняк говорит, что примерно половина видов растений и живых микроорганизмов, которые живут в Антарктиде, встречаются и в Беларуси. Изучается, как они приспособились выживать в экстремальных условиях. Но есть и те, кто живет только в Антарктиде.

«Есть маленький организм – тихоходка, они просто космические пришельцы, они могут выдерживать космически холодные температуры. Есть водоросли и организмы, живущие внутри камней, это достаточно новое направление, мы им сейчас занимаемся».

Можно ли откопать под вечной мерзлотой давний смертельный вирус?

С точки зрения науки, Юрий Гигиняк не исключает этого.

Ближе к центру Антарктики находится озеро «Восток», где под тремя километрами вечного льда скрывается теплая вода. Россияне пытаются пробурить мерзлоту, чтобы взять пробы.

«Но ведь никто не знает, что можно достать оттуда. Возможно, какую-то заразу, которую лучше не трогать еще миллионы лет. И наоборот, при вмешательстве можно занести заразу в озеро, и от этого погибнет уникальная экосистема».

В целом, по словам полярника, влияние человека на окружающую среду в Антарктиде заметно. Например, часто бросается старая техника, которую очень дорого и сложно вывозить. Согласно Конвенции об охране ресурсов Антарктики, весь мусор от жизни экспедиций должен сортироваться и вывозится из Антарктиды, но так получается не всегда. То нет места на корабле, то он не может подойти близко из-за льда.

Фанатики вечной мерзлоты

В кабинете Юрия в Академии наук все стены обклеены фотографиями из Антарктиды – с друзьями, соратниками и с пингвинами. Рядом сидит его дочь Ирина, она также кандидат наук и работает вместе с папой.

«Конечно, мы боимся его отпускать. Собираем каждый раз очень внимательно, составляем аптечку, рукой подписываем на каждом лекарстве «от головы», «от живота». Но попробуй его не пусти, посмотрите на него!», – говорит Ирина и улыбается.

Но Юрий говорит, что сейчас у людей романтизм к полярным путешествиям убывает. Для многих это уже просто работа, возможность заработать деньги.

«Приехал – построил. Взял вечером ноутбук, почитал что-то или фильм посмотрел. Этим резко отличаются ученые, особенно биологи. Всегда идут, собирают что-то, глаза горят, здесь лишайник, там козявочка какая-то. Ведь когда ты попадаешь туда, ты удивляешься этой природе, этим растениям. Кусочек отщипнуть, привезти сюда, и здесь сидеть над ним. Все время в поиске. Это необычное место на земле, и хотя ты работаешь там по 10-15 часов, но спешишь туда снова и снова, через эти мечты-океаны»

Написать комментарий (7)